Сегодня на пресс-конференции Александр Лукашенко заявил, что журналистка Ирина Халип отказалась выехать из Беларуси.
«Она понимает, что здесь она мученица, а там она никому не нужна, поэтому она и не поехала. Если вы ее хотите куда-то забрать, завтра идите и забирайте».
Ирина Халип прокомментировала заявление главы государства.
—Мне предлагали выезд? И персонально Лукашенко или кто-то из его окружения, будто бы, предложил, а я отказалась? Интересно. У меня, как у многих журналистов, профессиональная память. И если бы мне кто-нибудь что-нибудь подобное предложил, я бы это запомнила. Когда Лукашенко сказал Евгению Лебедеву будто я свободна, возможно он имел в виду, что Лебедев должен вывезти меня в багажнике.
Поймите, мне запрещен выезд.
Если бы я восприняла слова Лукашенко как руководство к действию, то доехала разве что до Орши, где меня ждали бы уже с наручниками.
После тех лукашенковских слов меня, наверное, месяца два плотно «пасли» цихари... Даже не «пасли», а демонстрировали, что они следят.
Их видели все — соседи, дворник — и показывали: «Все эти машины тебя стерегут». Вот во что вылились неосторожные слова Лукашенко.
Не воспринимайте слова Лукашенко как слова, имеющие какой-нибудь смысл.
Комментарии