Юрий Губаревич: В октябре я буду выдвигаться на пост председателя Движения «За Свободу»

Заместитель Председателя Движения «За Свободу» Юрий Губаревич объясняет, почему Запад уже не настолько «строг» к официальному Минску, и рассказывает, как из-за выдвижения Татьяны Короткевич развалилась кампания «Народный референдум». А также объясняет, чего хочет достичь своим участием в парламентских выборах?

Павялічыць

«Невозможно выиграть Олимпиаду, если не готовиться и не тренироваться»

— Рано или поздно в Беларуси произойдут демократические выборы, на которых будут честно считать голоса. Выборы можно сравнить со спортивными соревнованиями — невозможно выиграть Олимпиаду, если не готовиться и не тренироваться. На тех будущих демократических выборах конкуренция будет еще жестче, чем сейчас.

И это понимает не только оппозиция, но и власть. Кандидатам от власти раньше было достаточно просто приносить свои документы, их сразу регистрировали и спустя месяц выдавали депутатские мандаты. А теперь их «выгоняют в поле» — они стоят в пикетах, ходят по квартирам, собирают подписи. Ведь они понимают, что в условиях демократических выборов никто им не подарит депутатское место, за него нужно будет бороться. Тем более это должна понимать и оппозиция. И хотя мы прекрасно знаем, по каким правилам проходит нынешняя кампания — мы должны уметь исполнять избирательные процедуры, готовить свои команды, быть в постоянном контакте с избирателями, жить их проблемами — только в этом случае можно достичь успеха.

Моя личная история является свидетельством того, что «чудеса случаются». Даже в условиях нынешней политической системы можно побеждать. Имею в виду свой опыт 2003 года, когда я стал депутатом и заместителем председателя Белоозерского городского Совета (Брестская обл.). Мы тогда пошли на выборы командой, и сумели получить большинство в горсовете.

— Чем для вас стал этап сбора подписей? Получали ли вы тот отклик от населения, которого ожидали?

— Уровень апатии населения достаточно высок, и он возрастает от кампании к кампании. Люди понимают, что это нечестная игра, и ее финал предсказуем. Однако, что меня удивило в ходе нынешних выборов — это критически низкий уровень доверия к существующей власти. Избиратели не верят, что нынешняя команда способна что-либо изменить. Ощущают на себе экономический кризис, видят, что власть не в состоянии с ним справиться.

При этом ощутима разница между Минском и регионами. Вместе с другими лидерами нашей правоцентристской коалиции я посещал ряд регионов страны, мы поддерживали там наших кандидатов. Так вот одно из открытий этой кампании: если раньше Минск был самым протестным городом Беларуси, то теперь более протестными можно назвать регионы. Очевидно, это произошло потому, что экономический кризис там ощущается острее, и у людей уже не хватает запаса прочности.

«Запад вынужден выбирать между демократией в Беларуси и независимостью»

— В этой кампании, как и вообще весь последний год, оппозиционные политические структуры действуют в условиях относительной либерализации — пикеты не разгоняют, участников не задерживают. По-вашему, можно ли ожидать, что эта тенденция продолжится и после выборов, или она «висит на волоске», и в самой власти существует сильная оппозиция даже этой мягкой либерализации.

— Немного изменилась риторика — но не меняется суть. Власть по-прежнему удерживает под жестким контролем все политические и общественные институты, нет никакого прогресса в области свободы слова. Да, людей перестали хватать и избивать на улицах, однако это не означает, что появилось больше свободы и возможностей для донесения альтернативной позиции.

У нынешней власти существует сильная привязка к России, с другой стороны — ощущение опасности с той же стороны. Вместе с тем Лукашенко понимает, что сильное и публичное отдаление от России только увеличивает такую опасность. Пожалуй, впервые за последние годы Лукашенко понял, что угроза его власти со стороны России серьезнее, чем потенциальная опасность от исполнения требований Запада.

— Тем более что сам Запад на фоне геополитической картины пошел на явное смягчение своих требований официальному Минску.

— Запад вынужден выбирать между демократией в Беларуси и независимостью Беларуси. При этом прекрасно понимая, что если наша страна попадет под полный контроль режима Путина, то об изменениях и демократии можно будет забыть. Поэтому они теперь выбирают стратегию поддержания независимости Беларуси в надежде, что это в перспективе может привести и к демократическому развитию.

«Для режима выдвижение Татьяны Короткевич было наименьшим злом»

— Все давно привыкли, что в белорусской оппозиции происходит определенное «броуновское движение» — создаются объединения и коалиции, которые довольно легко и скоро распадаются. В этом аспекте — насколько прочна и долгосрочна ваша правоцентристская коалиция, которая действует почти год и объединяет ОГП, БХД и Движение «За свободу»? И почему распалась ваша предыдущая коалиция в рамках кампании «Народный референдум»?

— Любое сотрудничество строится на нескольких опорах — взаимное доверие, общая практическая деятельность и равенство субъектов в праве принятия решений. Я очень положительно оцениваю то, что мы делали в рамках «Народного референдума» — его цели не теряют актуальности и сегодня.

Однако мы не смогли договориться по ключевым вопросам — как мы проводим президентскую кампанию. Было очевидно, что слабый и неизвестный кандидат не соберет подписей. И для Движения «За Свободу» принципиально было не вляпаться в ситуацию, когда нам придется выражать благодарность за успехи в избирательной кампании исключительно властям, а не избирателям и нашим активистам. Так и произошло. Для режима выдвижение Татьяны Короткевич было наименьшим злом, а для Движения «За свободу» было неприемлемым участвовать в спектакле, где роли расписаны не нами. Наша позиция не была услышана, и это фактически привело к распаду кампании «Народный референдум».

Сколько просуществует правоцентристская коалиция? Мне хотелось бы верить, что достаточно долго. Той точкой, до достижения которой она должна работать совместно, будет начало демократических преобразований в Беларуси, первые свободные выборы, на которые коалиция может пойти единым блоком. Мы объединились на базе общих ценностей — европейский выбор для Беларуси, независимость, демократия, права человека, рыночные реформы.

— Некоторые полагают, что на выборах есть интрига — пропустит ли власть в палату пару кого-нибудь слабых и бесперспективных от оппозиции.

— Интрига была в том, способна ли власть выполнить свои обещания и провести выборы по реально демократическим процедурам. По итогам формирования избирательных комиссий мы видим, что это не так.

— Глава движения «За свободу» Александр Милинкевич уже неоднократно говорил, что пришло время молодых политиков, что нужно уступать им место. Некоторые воспринимают это так, что пришло время и смены на посту главы Движения «За свободу». Когда произойдет эта смена поколений в Движении?

— Александр Милинкевич за все время своей деятельности показал, что он не держится за свои регалии, если это не мешает единству и шагам вперед. Как пример можно привести и последние президентские выборы, когда Александр Милинкевич отказался в них участвовать, потому что увидел, что не будет реального объединения, а значит, и результата. В ситуации с Движением он отмечает, что готов уступить место председателя, и давно уже передал достаточно широкие полномочия своей команде. У нас ближайшая отчетно-выборная конференция состоится в октябре, и вполне возможно, что уже там новое лицо возглавит Движение «За Свободу».

— Вы будете выдвигаться на пост председателя?

— Да, я планирую это. В Движение пришли новые люди, с которыми я связываю ближайшие перспективы для нашей организации, с которыми мы строим стратегические планы.

На момент создания Движение было структурой, ориентированной на конкретного лидера — оно создавалось в 2006 году фактически на базе избирательного штаба Александра Милинкевича. Но за это время Движение прошло достаточно основательную эволюцию, и теперь это организация, которая будет существовать независимо от того, кто может ее возглавить. Мы определили свои цели, стратегию и знаем, куда мы движемся.

• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0