С Севера: Павел Батуев рассказал о трагедии в семье ненцев
В минувшую пятницу в тундре потерялся четырехлетний мальчик. Отец поехал за дровами. Мать вышла по воду. Обычно ненцы привязывают ребенка к одной из жердей чума с расчетом, чтобы ребенок не вышел из жилища и при этом не добрался до печи. Говорят, матери нужно было пройти за водой немногим более 100 метров. Непривязанный ребенок, по-видимому, вышел за матерью. И началась пурга.
До того, как я попал на Ямал, мне казалось, что это слово означает что-то вроде сильной метели, но это не совсем так. Погода может испортиться за считанные минуты, ветер, что сбивает с ног взрослого мужика, воет так, что других звуков практически не слышно, если рядом человек, нужно кричать ему прямо в ухо, чтобы он что-то услышал, снежная крупа больно рубит по лицу, к тому же снег на лице тает, стекает на глаза, смерзаются ресницы, иногда нужно достать руку из перчатки и растопить на ресницах лед, чтобы открыть глаза, если ветер в лицо — очень трудно дышать, ощущения, словно на скорости высунул голову из машины, видимость при сильной пурге может быть даже меньше пяти метров, через пару минут никаких следов на снегу не остается, из-за отсутствия ориентиров люди в пурге могут заблудиться прямо в селе либо даже незаметно выйти в тундру, идти по свежим сугробам очень сложно, даже если они немного выше за кость, а иногда сугробы наметает по колено, и по пояс. Такая погода может продержаться день, а может неделю.
Прошлая пурга с короткими перерывами длилась почти неделю, а ветер достигал 28 м/с (немного больше за 100 км/ч). Даже взрослый человек не имел бы ни малейшего шанса остаться живым. Однако очень хотелось верить в какое-то сверхъестественный чудо. К сожалению, чудес не бывает. Неживого мальчика нашли в трех километрах от жилья.
Комментарии