Правозащитники и журналисты озвучили позицию в отношении приговора Дмитрию Галко
Правозащитные организации и журналисты озвучили позиции относительно приговора журналисту Дмитрию Галко, он приговорен к четырем годам ограничения свободы с направлением в исправительное учреждение открытого типа.
«Мы не можем утверждать, что возбуждение уголовного дела в отношении Галко стало результатом его критических материалов в соцсетях и СМИ.
Более того, мы крайне негативно относимся к ситуации, которая привела к возникновению конфликта, — отсутствия контроля взрослых за поведением несовершеннолетних и возможного употребления некоторыми из них алкогольных напитков. И если бы расследование уголовного дела было безупречным, мы признали бы его выводы без каких-либо возражений. Однако материалы судебного следствия не дают нам оснований считать их такими и исключить, что возбуждение уголовного дела является местью со стороны органов внутренних дел за критику.
Так, из материалов дела не следует, что проводилось внутреннее расследование правомерности действий сотрудников УВД при вхождении в квартиру и осуществлении видеосъемки. Суд также не дал им правовой оценки. Между тем, статья 25 Закона об органах внутренних дел гласит, что сотрудник УВД имеет право входить беспрепятственно в жилые помещения и иные законные владения граждан только при преследовании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений (то есть действий, наказуемых уголовно), либо наличии достаточных оснований полагать, что там совершается или совершено преступление, либо находится подозреваемый или обвиняемый. В той же статье 25 речь идет о праве проводить фотографирование, звукозапись, киновидеосъёмку определенных лиц, но только «в установленном порядке».
Из показаний сотрудников милиции следует, что их визит в квартиру (без каких-либо санкций и постановлений) был вызван тем, что участковый увидел на балконе группу подростков.
То есть подозрение вызвали действия, которые в худшем случае могли бы быть признанными административным правонарушением, но никак не преступлением. Следующие объяснения сотрудников милиции (о возможной порностудии или наркопритоне) противоречат их же показаниям и не выдерживают минимальной критики. Помимо прочего, сотрудники милиции признали в суде, что, несмотря на длительное время их пребывания в квартире, они не начинали никаких процессуальных действий и не заявляли о их начале», — говорится в заявлении.
Отмечается, что «дело Дмитрия Галко выделяется не только потому, что он является публичной фигурой (что привлекло к делу повышенное общественное внимание), но еще и потому, что он, вопреки интересам собственной безопасности, стал публично говорить о правах граждан и возможности их защиты при конфликтах с милицией».
Обращение подписали:
ОО «Белорусская ассоциация журналистов»,
РОО «Правовая инициатива»,
Экспертно-правовое общество «Инициатива FORB»,
Белорусский документационныйо центр,
Комитет «Солидарность»,
Белорусский Дом прав человека им. Б. Звозскова,
РОО «Белорусский ПЕН-Центр»,
Правозащитный центр «Весна»,
РПОО «Белорусский Хельсинкский Комитет».
Комментарии