Председатель «Белой Руси», бывший председатель Белтелерадиокомпании Геннадий Давыдько в видеопрограмме «Ток» рассказал о том, как выборы 1994 года разделили его семью.
В конце 1980-х — начале 1990-х Давыдько был приверженцем идей национального возрождения, на партийном собрании в Купаловском театре поддержал создание Мартиролога Беларуси и Белорусского народного фронта. И наконец, он, секретарь партийной организации, показательно вышел из КПБ.
***
— В 1994 году вы за кого голосовали? За Пазняка?
— В 1994 году я голосовал не за Пазняка. Я голосовал, по-моему, за Кебича. Но и не за Александра Григорьевича Лукашенко.
— Когда вы узнали…
— А Пазняк меня пугал. Мне он не нравился, сразу не нравился. Ведь я не радикал по своей сути, я не люблю революций. Потом… Ну я все-таки был национально сознательный, как мне казалось. А Пазняк был для меня несимпатичен. А я считаю, что лидер должен быть симпатичным.
И у меня в семье произошел — ну не конфликт, я не знаю, как сказать. Почти что разрыв. С отцом. Мой отец был «лукашенковец». Он митинги собирал вокруг себя. Он агитировал! Никто его не просил. «Я за Лукашенко! Я за Лукашенко!» — «Батя, ну твое дело, а зачем ты меня агитируешь?
Я не знаю, что такое «коррупция», с которой Александр Григорьевич борется. Я не знаю, что мне делать».
Как я на выборы пошел, не помню точно этот момент, но когда были уже сведения, что победил Лукашенко, я помню счастливого отца, который говорил: «Вот видишь! Я народ понимаю, а ты посмотри на себя».
Я говорю: «Да нет, это же впервые президент появился, мы же с него и требовать будем, с президента. Ну и поддерживать будем».
Какой-то такой разговор. Мы сидели с отцом, выпивали, я его поздравил. И мы с ним так договорились, что будет видно. Я говорю: «Ну посмотрим». Он говорит: «Да что смотреть! Вот так всё и будет!» Мой отец смотрел на вещи конкретно. Он, как оказалось, был прав.
Комментарии