В четверг, 18 февраля, продолжился суд по «делу Белгазпромбанка» и Виктора Бабарико. Дело рассматривает Верховный суд в здании суда Московского района, напоминает Tut.by.
В суде продолжают зачитывать обвинение, которое занимает 340 страниц. Виктора Бабарико обвиняют в том, что он с 2008 по 2020 годы руководил организованной преступной группой, определял в ней место и роль каждого, а также — вознаграждения. Он якобы целенаправленно делал так, чтобы большинство членов правления входили в эту группу.
Упоминался в обвинении и его сын, Эдуард Бабарико. В частности, озвучено, что с 2017 года ему на счета регулярно переводили незаконно полученные денежные средства, хотя он не являлся членом группы.
В обвинении упоминаются латвийские компании, на счета которых переводили деньги.
В перерыве адвокат Бабарико Дмитрий Лаевский рассказал, что он показал своему подзащитному фото людей, которые вчера пытались попасть на суд, тот очень тронут.
— Мы в перерыве и до заседания пообщались с Виктором Дмитриевичем. Я показал ему распечатанные фотографии о вчерашней обстановке здесь. Одно дело, когда на словах рассказываешь, что пришло много людей, другое — показать. Он знает, что на морозе люди стояли, что их не пустили. Он очень глубоко тронут, благодарит за поддержку, и мы, защитники, тоже благодарим, — сказал Лаевский.
Он отметил, что ощущения человека в условиях ограничения свободы очень зависят от того, как он настроен.
— Виктор Дмитриевич настроился хорошо и давно — еще в мае 2020 года — и продолжает, раз уж цель пока не достигнута, — рассказал защитник.
Лаевский отмечает, что недостаток пространства, прогулок, безусловно, сказываются.
— Но если человек волевой, а он — человек волевой, убежденный, что делал правильное дело, то он справляется лучше, — добавил адвокат.
Журналистов негосударственных белорусских СМИ и порталов сегодня в зал суда снова не пустили.
Вчера, на первом заседании, практически по всем ходатайствам адвокатов был получен отказ. Правда, Виктору Бабарико разрешили жестикулировать, когда он будет давать показания.
26‑летняя беременная в Дзержинске умерла из-за белорусского антибиотика, который ранее уже запрещали — потому что от него погибло несколько женщин12
Комментарии