Валерина Кустова: Я выехала только потому, что у меня маленький ребенок

Валерина рассказала об этом подробнее в интервью «НН».

— Вы располагаете информацией о том, что ваших знакомых отправили на сутки, потому что те отказались свидетельствовать против вас. Можете рассказать об этом? Это подтвержденные данные?

— Знаете, в Беларуси нельзя утверждать что-то и быть уверенным в этом на 100%, но у меня есть информация, что в сутках, которые присудили этим людям, имеется большая связь с моим делом. После видео с Романом Протасевичем меня не удивляет абсолютно ничего.

Валерина Кустова. Фото из архива героини.

Я не могу называть имена этих людей. Один из них еще отбывает сутки. И я не знаю, что с ним может случиться. Могу сказать только, что это действительно смелые люди, которые не предали нашу белорусскую идею и солидарность, даже под угрозой: или рассказывай что-то против [нее], или мы тебя посадим.

— То, что вы вышли из дому как раз в момент приезда к вам силовиков, можно назвать счастливым совпадением?

— Я тоже сначала думала, что у меня есть ангел-хранитель, потому что вышла буквально на час. А потом мне пришла такая мысль в голову: возможно, и в силовых структурах очень много людей, которые работают против системы. Обычно же силовики приходят в шесть-семь утра, а ко мне явились днем, когда человека действительно может не быть дома. Я допускаю, что кто-нибудь из них может быть на моей стороне.

— Вы выезжали одна, без дочки. Не было ли страшно, что ее к вам могут не выпустить?

— Был сильный страх, что дочку не пропустят и она не попадет ко мне. И он подтвердился: первый раз, когда ее вывозили, ее не пропустили на границе.

Дочку вывозили в обход, мне помогали солидарные со мной люди и инициативы. Вывезти ребенка было настоящим квестом, который занял не одну неделю. А виновата дочь только в том, что носит мою фамилию.

Выехать с ней сразу было невозможно физически. Во-первых, она в тот день находилась не со мной: если бы я приехала за ней, то могла бы привести в то место силовиков. Кроме того, пути, которыми меня выводили, мало подъемны для двухлетнего человечка и физически, и эмоционально. Она вряд ли все это выдержала бы, ведь это сложно даже взрослому.

В общем, я почувствовала невероятную солидарность и белорусов Польши, и других диаспор, и тех, кто живет в Беларуси. Еще неделю назад я готовила в рамках программы «Белорус белорусу» истории пострадавших людей, мы искали пути помощи им. А сегодня я сама попала в подобную ситуацию, и теперь уже меня поддерживают во всех сферах. Вся эта волна солидарности помогла мне стать на ноги, не оказаться в отчаянии и депрессии.

— У вас был какой-то тревожный чемоданчик, подготовленный для такой ситуации?

— Представьте себе, не было. Даже свои документы я никогда не носила с собой. Настолько я не собиралась уезжать из страны, настолько я всеми силами и мыслями держалась за Беларусь.

Я верила в победу и говорила, что не уеду до последнего. И только когда это «последнее» настало, то пришлось эвакуироваться. И то я сделала это только потому, что у меня маленький ребенок, Дива, которой я необходима. В ином случае я бы не выехала из страны — настолько я с ней связана как человек и поэт.

Конечно, мне было очень страшно попасть за решетку, я не представляю, как бы там находилась, но я никогда бы не сбежала преждевременно. Это мое ощущение родины. Кроме того, я была уверена, что делаю достойное, доброе дело, за которое не могут начать преследовать.

— После вашего отъезда на государственном телевидении уже началась ваша «проработка». Успел, например, выйти пропагандистский ролик, где утверждается, что вы якобы подкупили героя своего сюжета — таксиста, который бесплатно вывозил людей из «сафари» в Куропатах и потом попал за решетку. Якобы все это ложь, которую нафантазировали вы, а чтобы герой сюжета ее озвучил, обещали ему 100 евро. Что скажете?

— Эта история и знакомство с героем получились интересные. Как-то я вызвала такси, чтобы ехать по делам. А парень, который меня вез, поделился своими убеждениями и тем, как помогал белорусам: вывозил их из Куропат после марша на Дзяды. Я подумала: вот настоящий герой! — и предложила сделать о нем историю. Он согласился. Мы даже съездили с ним на то место, откуда он вывозил людей. Он очень достойный, классный, честный парень.

Мое мнение: он оговорил меня для видео под пытками или из-за шантажа — его заставили лгать, потому что у них нет ничего на меня. Я не делала ничего незаконного, поэтому вот заставили парня зачитать их «фантазию», чтобы были хоть какие-то придуманные и смухлеванные основания, которые можно вписать в дело.

У нас нет денег на героев, мы никому не платим за участие в съемках. Видимо, за ложь принято платить на гостелевидении. Мне жаль парня, знаю, что несколько недель его продержали в за решеткой.

— А за границей сейчас вы чувствуете себя в безопасности?

— Я не могу почувствовать себя в безопасности полностью, пока мои друзья, родные и моя страна не в безопасности. У меня нет ощущения безопасности внутри. Конечно, мы победили в плане мышления, у критического большинства оно уже изменилось. Но после того как мы пройдем этот путь до конца, тогда я и начну чувствовать себя в безопасности полностью.

Что касается моего будущего за границей… Я наверняка знаю, что не останусь наедине с проблемами: коллеги и друзья меня поддерживают, чувствую это. Уже говорим о потенциальных проектах. Не знаю точно, что это будет, но стопроцентно то, что приблизит перемены в Беларуси.

• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0