Герой мема про помидоры со сметаной рассказал об операции, лайфхак для Окрестина и будущем
Анатолий Шалкович провел 60 суток на Окрестина, а на следующий день после освобождения попал в больницу. «Новы Час» поговорил с мужчиной после операции.
— Сейчас здоровье хорошее,в животе зашиты дырки, они не болят, поэтому все нормально, — уже из дома улыбается Анатолий.
Он не знает, стало ли заключение причиной проблем со здоровьем.
— День (после освобождения. — НЧ) я провел нормально, съездил на работу, все там упорядочил. Вечером еще немного мороженого с коньяком поел, но немного. А среди ночи заболело так, что пришлось скорую вызывать. А назавтра вырезали, — рассказывает мужчина.
Анатолий Михайлович убежден, что все произошло так, как и должно было быть. Говорит, если бы это случилось с ним на Окрестина, не знает, что бы делал. Он описывает алгоритм действий в изоляторе, если заключенному нужна медицинская помощь:
— Если что-то случится, надо стучать в дверь. Там есть коридорный, который заглядывает через «глазок» во все камеры. Ему нужно пожаловаться. У него нет ключей, он не может войти, поэтому далее он может позвонить своему начальнику и передать, что случилось. Ну и тогда скорую вызывают. Но вы понимаете, что одно дело — вызвать самому, другое — пройти всю эту цепочку. Поэтому лучше там не болеть — с улыбкой добавляет Анатолий Шалкович.
По его словам, в изоляторе люди болели, но не так, чтобы приходилось вызывать скорую. Обычно утром приходил врач, ему говорили, что не так, и он давал таблетки.
— На войне же люди лежали в окопах, ночевали на холодной земле и не болели (правда, получали 100 граммов). Так и там. Я так думаю, что если организму неудобно, он немного потерпит.
Лайфхак для Окрестина
Многих впечатлил первый фотоснимок Анатолия Шалковича после 60 суток ареста: с него улыбался бодрый мужчина с густой бородой, а не изможденный заключенный.
— Если человека отпускают, конечно, он будет радостный, — объясняет Анатолий. — Ведь неизвестно было, выпустят или нет. Я надеялся, что выпустят, но были сомнения.
В общем, оптимизм — неотъемлемый спутник Анатолия Шалковича. Он рассказывает, что как только попал в камеру, сразу решил, что будет поддерживать других заключенных и пытаться создавать «нормальную жизнь».
— Старался других немного развлекать. Когда это делаешь, то и сам смеешься, и тебе самому уже не скучно. Поэтому поступил, как закоренелый эгоист, — со смехом подытоживает собеседник.
И делится самым лучшим лайфхаком для Окрестина: надеть трое трусов, три пары носков, две байки, желательно с капюшонами.
— Вы так и сделали?
— Я — нет, как дурак, надел самую лучшую байку, теперь надо новую искать, — смеется Анатолий Михайлович.
И все же сидение в белорусском изоляторе — совсем не шуточки. Тяжелые моменты были и у Анатолия Шалковича, главный из которых — неизвестность, что будет дальше.
— Люди сидят и думают: отпустят или еще 15 суток дадут? В ноябре, когда меня посадили, у нас средняя величина была 60 суток. Потом в декабре людей стали отпускать после трех сроков, после двух, даже после 15 суток. Это вселяло надежду. Но мне как пообещали четыре срока, так и сделали — все честно. Хотя каждый раз перед окончанием срока я думал, может, обо мне забыли и отпустят?
— Как это — «пообещали»?
— Когда мне дали 15 суток, я был рад, так как могли дать и больше. Но когда пришел в камеру, меня сразу разочаровали: мол, всем сначала по 15 давали, а потом добавляли. Из «контрольных» — тех, кто сидит за политику — мало кто отсиживал 15 суток и уходил. Это только «хищникам», которые сидели за кражи (от сл. хищения. — НЧ), давали 15 и меньше, и не добавляли, как правило. А потом ко мне пришел человек с протоколами на остальные сроки и сказал, что вы, Анатолий Михайлович, натворили столько дел, что решили, что вы будете сидеть четыре срока.
Мужчина признается: он понимал, что рано или поздно к нему придут, вопрос только во времени. Но признается, что удивился, когда увидел толпу людей со щитами и оружием.— Меня это удивило, а потом немного рассмешило, когда сказали, что ко мне пришли как к террористу. Вот кем-кем, а террористом себя никогда не считал! Но честно сказали: если вы какой-то ресторан заказали на День рождения (Анатолия Шалковича задержали в день рождения. — НЧ), так лучше отменить.
— После освобождения у вас не было желания уехать?
— Сейчас уехать мне было бы проще, чем когда-либо. Я рассматривал этот вариант еще в 1990-х годах, но понял, что не могу. У меня здесь корни, могилы предков — куда я их дену? Это просто невозможно. Придется быть здесь, как бы там не было. Поэтому пойду куплю себе байку с капюшоном.
«Ни народу, ни властям не нравится эта ситуация»
Анатолий Шалкович не был активным общественным деятелем, но поддерживал идею независимости и национального возрождения Беларуси с самого его начала.
— Когда развалился Советский Союз, я этому обрадовался. Ведь считал, что маленькой страной управлять удобнее, чем той великой державой, которой был Советский Союз. Ну и к тому времени я из сторонника социализма превратился в его противника. Хотя вначале я был идейным коммунистом. Но однажды показывали какой-то съезд, и я там увидел Сахарова. Это был вполне порядочный человек, который говорил совсем не то, что говорили с трибуны. Меня это вдохновило, и постепенно я начал понимать, что не коммунизм наше будущее.
И когда у нас сделали государственным бело-красно-белый флаг, для меня это было радостно. И горько, когда его сняли. Но я не знал, как можно с этим бороться. Я и не боролся. Но всегда всем рассказывал, что наш флаг — бело-красно-белый.
Когда в 2020 году люди вышли на улицы с национальными флагами, Анатолия Михайловича это вдохновило. А сама политическая ситуация в стране возмутила. И как долго она продлится, зависит от людей, убежден Анатолий Шалкович.
— Я думаю, что финансово в ближайшее время мы станем жить хуже. Но все зависит от того, насколько людям нравится эта ситуация. Я думаю, что ни народу, ни властям не нравится, потому что если бы нравилось, они бы так не реагировали. А если никому не нравится, значит, что-то изменится.
Когда мне в камере говорили, мол, это навсегда, я отвечал: вспомните Ходжу Насреддина, который взялся за 20 лет научить осла разговаривать на нормальном языке и взял за это деньги с падишаха. Он говорил, что за 20 лет либо умрет осел, либо падишах, либо он сам — но что-то изменится. Так и у нас — каждый день что-то меняется.
А тем, у кого плохое настроение и кто хочет иметь нормальное психическое здоровье, очень советую почитать «приключения бравого солдата Швейка». Для меня это такой кладезь, что на протяжении всей жизни, когда открываешь из любого места и читаешь — понимаешь, что все нормально, у людей и не такие приключения бывают.
Комментарии