«Твердо решил, что остаюсь в Киеве, ведь влюблен в этот город и в атмосферу свободы». Как минский менеджер пошел в территориальную оборону
Александру 32 года. В Минске он работал менеджером. После суток на Окрестина уехал в Киев, где его и застала война. Мужчина решил пойти добровольцем в территориальную оборону. Там он помогает вычислять российских диверсантов.
«Пока был на больничном, выехал из страны обходными путями»
«Уехал я из Беларуси, потому что на меня собирались завести уголовное дело. Меня задержали на марше в ноябре 2020 года. Тогда я получил 12 суток, был на Окрестина и в Жодино. Дали постановление, что я являюсь подозреваемым по статье 342 УК (Организация и подготовка действий, грубо нарушающих общественный порядок). Взяли подписку о невыезде, с суток выпустили. Потом я был на больничном, болел ковидом. За это время и выехал из страны обходными путями. В срочном порядке продал долю в фирме, сдал в аренду свою квартиру», — говорит Александр.
В Киеве он устроился на работу руководителем отдела в ивент-агентство. Еще в Минске начал рассылать резюме по украинским компаниям.
«Было очень много отзывов, слов поддержки от украинцев. Так что я выезжал из Минска уже с каким-то пониманием о дальнейшем будущем. Ехал один, в Беларуси остались мать и сестра. Всю ситуацию с переездом я воспринял нормально, даже позитивно. В Киеве много друзей, которые помогали адаптироваться и не чувствовать себя одиноким», — делится он.
«Сидеть на одном месте ровно, при том что я здоровый мужчина, не имею морального права»
24 февраля в пять часов утра мужчина проснулся от взрыва.
«Сразу не понял, что это. Думал, что сон. А могут ли сниться звуки? — вспоминает он. — Сообщение в рабочем чате от директора все расставило на свои места. И после сразу же полетели мелькать новостные ленты. Первые часы осознания прошли у меня без паники. Был холодный расчет: медикаменты, наличные деньги, вещи первой необходимости и еда. В Киеве мы снимаем трехкомнатную квартиру на левом берегу. Мои соседи — парень из Беларуси и девушка, которая приехала из-под Полтавы. Мы сразу стали командой, где были распределены задачи по подготовке».
Александр вместе со знакомыми собрал все необходимое, заклеил окна и промониторил ближайшие бомбоубежища.
«Потом мой сосед поехал за границу, соседка к родителям в Полтаву, а я к друзьям под Киев. Они там жили в доме. Там мы познакомились с местной территориальной обороной. Нас добавили в списки, чтобы передать в штаб, что мы будем вместе с этой группой на охране села.
Сидеть на одном месте ровно, при том что я здоровый мужчина, я не имею морального права. Я хочу быть максимально эффективным.
Мысли уезжать из Украины даже не было. Я твердо решил, что остаюсь в Киеве, потому что влюблен в этот город, страну, людей и в атмосферу свободы. Ее я чувствовал поминутно после переезда из Минска. Конечно, много наших друзей сразу уехали в Западную Украину, потому что они уже обзавелись семьями и им было необходимо обеспечить безопасность своих детей. Я их понимаю».
«Русские расставляли метки, делали тайники, которые мы находили»
В территориальной обороне Александр патрулирует участки и информирует штаб о проезжающих машинах и подозрительных вещах, которые происходят. Это занимает несколько часов в день.
«Патрулируем и днем, и ночью, — говорит он. — В остальное время готовлю еду. Секу еще бабушке дрова. Она рядом жила, познакомились, разговорились. Бабушка сразу пригласила поесть, а я решил ей помочь. Потом она сама звала рубить дрова, но обманывала. Дрова у нее уже были заготовлены, приглашала так, чтобы мы поели. Так и подружились».
С начала войны Александр вычислил не одну позицию диверсионно-разведывательных групп врага. В их районе таких было много.
«Русские расставляли метки, делали тайники, которые мы находили. Постоянно были слышны наши выстрелы по позициям соперника, автоматные очереди и сигнальные ракеты врага. Неподалеку от нашей деревни сбили российский истребитель. На четвертый день я уже привык ко всем взрывам. Даже начал разбираться, где «Град», где танки и на каком расстоянии», — говорит он.
«Если на территорию Украины начнут заходить белорусские войска, наши легионеры будут стрелять»
Военного опыта и практики службы в армии у Александра нет. Он подал заявку на вступление в батальон Кастуся Калиновского, чтобы помогать украинцам.
«Есть только опыт в страйкболе и какие-то примитивные навыки обращения с оружием. От этого желание вступить в ряды белорусского батальона меньшим не становится. Там есть курс обучения. Пройду его и буду максимально полезным в уничтожении русских на украинской земле.
Кстати, в отношении к белорусам я ничего в свой адрес негативного не слышал, наоборот все с пониманием и с уважением относятся к нашей позиции. Украинцы рассказывают, что в Беларуси у них много хороших друзей».
Родные Александра до сих пор не знают, что он находится в территориальной обороне.
«Не думаю, что сейчас их нужно окунать в атмосферу волнения, — рассуждает мужчина. — Когда-нибудь я им об этом расскажу. Уверен, что они меня поддержат, как и мою позицию в 2020 году. На то, что я решил остаться в Украине, отреагировали нормально, но мать насторожилась.
Если на территорию Украины начнут заходить белорусские войска, наши легионеры возьмут в руки оружие и будут стрелять. Если они перейдут границу и не сдадутся, то станут такими же, как русские солдаты, которые здесь воюют. Мы обязательно победим и будем свободными».
Смертельно раненный, остался прикрывать своих. Кто такой белорус «Тур», убитый под Киевом
Сейчас читают
Вайб-программирование изменит роль разработчика, RLVR, и когда лопнет пузырь. Белорусский инженер в области ИИ, который работает в США, рассказал, что нас ждет в 2026
Комментарии