Теолог: Выход УПЦ из-под управления Московского патриархата состоялся, и он носит не тактический, а стратегический характер
УПЦ МП сегодня объявила решения внеочередного собора. Сенсацией стал выход из-под руководства Московского патриархата. Теолог Наталья Василевич объясняет, что значит это заявление.
Выход из-под управления Московского патриархата состоялся, и он носит не тактический, а стратегический характер. В решении Собора есть слово «полной независимости». До сих пор независимость была неполной.
Очередным доказательством того, что УПЦ стремится именно к автокефалии, есть пункт о том, что она думает о начале собственного мироварения. То есть собирается самостоятельно производить святое миро, используемое в таинстве миропомазания, которое в Православной церкви происходит вместе с крещением. А это один из атрибутов и символов независимости Православной церкви.
Если комментировать заявление УПЦ, что отношения с РПЦ Церковь не рвет — то с ней не порвал даже Константинопольский патриархат. Даже Православная церковь Украины (наибольшая Православная церковь страны, имеющая признание Константинопольского патриархата) порвала лишь пару дней назад, когда приняла решение перестать поминать патриарха Кирилла в диптихах, то есть исключила его имя из поминовения на богослужениях.
В каноническом праве есть различные интерпретации того, что есть автокефальной церковью. Сама ПЦУ также является автокефальной в процессе становления.
Но на примере недавнего провозглашения автокефалии Охридской архиепископии (недавно Православная церковь Северной Македонии получила признание независимости в Константинополе) видно, что это гибкая система.
УПЦ будет стремиться к автокефалии, но пути признания пока неясны. Многое будет зависеть от позиции других поместных церквей, а также того, о чем УПЦ сможет договориться с ПЦУ. Возможно, будет какое-то переходное состояние.
В какой-то перспективе возможно объединение ПЦУ и УПЦ — форма и сроки будут зависеть от разных участников процесса переговоров.
Просто сейчас этого не произойдет по двум причинам. Во-первых, представители церквей долго кляли друг друга как злейших врагов. Много негатива и ненависти накопилось, создалось такое напряжение. Во-вторых, неясно, по какой модели объединять структуры, ведь никто не хочет потерять влияние и ресурсы при объединении.
Но в мире также есть прецеденты сосуществования двух автокефальных церквей — юрисдикции в диаспоре. Есть эстонская модель сосуществования двух параллельных юрисдикций. В целом этот вопрос до конца в православии не урегулирован. Это как бы аномалия, но на практике такое случается.
Комментарии