Новый «Франкенштейн» культового Гильермо дель Торо — пожалуй, самый красивый фильм года
И такого конца вы точно не ожидали.
Середина ХІХ века, холодные северные моря и корабль, зажатый среди льдин. На борт судна поднимается раненый мужчина — это барон Виктор Франкенштейн, когда-то выдающийся хирург, который ищет у моряков спасения. И те не отказывают.
Но сочувствие может им дорого стоить, так как корабль и все на его борту рискуют пострадать от рук неизвестного создания. Оно требует отдать ему Виктора. Франкенштейн признается капитану, что он и создал неизвестное чудовище, и рассказывает историю его рождения.
Оказывается, что барон создал то существо из частей тел покойников, чтобы осуществить свою мечту победить смерть. Если вы хоть немного знакомы с классической литературой, вы, конечно, знаете этот сюжет. Он появился в 1816-м, так называемом Году без лета, когда из-за извержения вулкана в Индонезии в Европе была экстремально холодная погода. Тогда на вилле у Женевского озера собрались звезды литературы, в том числе поэт Перси Шелли и его будущая жена Мэри Годвин (позже Мэри Шелли). В те холодные дни у камина 18‑летняя Мэри придумала историю о Франкенштейне и созданном им чудовище.
Новый «Франкенштейн» (Frankenstein) — это классический дель Торо, где каждый кадр как картина, вокруг готическая эстетика, и монстры — ее органичная часть. В общем, стилистика — один из величайших плюсов этого фильма, и трудно вспомнить в 2025‑м более красивую ленту.
Дело не только во внешней красоте. У дель Торо получилось почти невозможное — превратить жесткую историю о монстре в психологическую сказку, настолько тонкую, мудрую и светлую, что она легко заменит сеанс у психотерапевта. И вот почему.
Когда рассказываешь историю Франкенштейна, есть соблазн сыграть на элементах хоррора в этой истории и не идти глубже, и в некоторых прежних экранизациях так и делали. Появлялись, однако, ленты, где киношники пытались рассмотреть за кровью и ужасом тему ответственности барона за свое создание и поговорить о его желании победить Бога.
Но дель Торо идет дальше. В его экранизации монстр, который раньше не имел своей выраженной личности, получает индивидуальность. Это создание еще не имеет собственного имени — на такое дель Торо не отважился. Но режиссер позволяет созданию Виктора Франкенштейна быть человечным, не стесняется показывать его внутренние страдания и даже дает ему голос.
Да, похожие черты были у этого создания и в 1994-м, когда его сыграл Роберт де Ниро. Но, кажется, до нынешней моральной высоты «сын» Франкенштейна еще не поднимался. И не в последнюю очередь это заслуга замечательной роли австралийца Джейкоба Элорди, который и сыграл создание, а также американца Оскара Айзека в роли Виктора Франкенштейна.
Этот фильм еще мог бы обойтись без эпитета «сказочный», если бы не концовка — сложная, не каждому понятная, но неожиданная для такой истории. Те слова, которые прозвучат в финале, стоят того, чтобы не пропустить эту ленту.
«Франкенштейн» от Гильермо дель Торо уже отхватил не одну награду на кинофестивалях, а заодно и завоевал сердца кинокритиков — агрегатор рецензий Rotten Tomatoes насчитал для этой истории 86% положительных отзывов. Этот постпанковский эпос уже доступен на Netflix, с 13 ноября его показывают и в кинотеатрах Беларуси.
«Наша Нiва» — бастион беларущины
ПОДДЕРЖАТЬ
Комментарии
А ведь он когда-то "Лабиринт Фавна" снимал.