«Ведут нелюдимый образ жизни, разговаривают по-белорусски». Владимир Орлов рассказал о новой книге и вспомнил, как соседи писали на него доносы
«Среди новых героев книги будут очень дорогие наши современники — и Алесь Пушкин, и Витольд Ашурок, Роман Цимберов…»
В Варшаве 19 февраля состоялась творческая встреча с писателем и историком Владимиром Орловым. Вечер начался с разговора о Владимире Короткевиче — человеке, который «адчыніў акно ў іншую гісторыю», — а продолжился личными историями о литературных мечтах и доносах за белорусский язык.
В белорусском магазине Vyraj перед началом встречи хозяин угощает гостей полесским чаем с травяным сбором «Шляхта» и, разливая кипяток, шутит: «Пах пайшоў, як з лазні». Люди потихоньку подтягиваются, обнимаются со знакомыми. В зале — писатели Змитер Деденко и Валентина Аксак, историк Алесь Смоленчук.
Встречу Орлов начинает стихотворением, которым открывается его книга «Паром празь Ля-Манш» — ироничной «Спробай завершанага жыццяпісу», где есть и Полоцк, и Софийский собор, и князь Всеслав Чародей, и даже будущая орфографическая ошибка на надгробии. Самопрезентация — как литературный миф, где личная история переплетается с национальной.
Орлов вспоминает свое детство. Маленьким, он мечтал быть водолазом, потому что на Двине те «шмат адпачывалі і мала працавалі». Потом он хотел быть патологоанатом — потому что от соседа-патологоанатома «прыемна пахла парфумай» и казалось, что его работа — выпускать духи. Мечтал о карьере советского шпиона, но на вступительных в комсомол на вопрос о любимой книге ответил: «Незнайка на Луне» — и «пайшоў ні з чым».
Вопреки воле родителей, которые хотели видеть сына военным медиком, он поступил на истфак БГУ. И позже признавался: факультету благодарен «не за атрыманыя веды з беларускай мінуўшчыны, а за разуменне таго, што якраз гэтых ведаў нам там і не давалі».
«Нас учили, что у белорусов не было своего государства до 1917 года, учили мифам о древнерусской народности… Но к нашему великому счастью нам попали в руки произведения Владимира Короткевича, которые открывали нам окно в совершенно другую историю. Не ту, где не было героев, чьи портреты хотелось бы повесить над кроватью».
Именно Короткевич поддержал молодого автора после разгромной критики его рассказа «Добры дзень, мая шыпшына» на семинаре молодых литераторов. Один из мэтров — Ян Скриган — обвинил героев в «распусце», и текст пошел по рукам с еще большим интересом. Обиженный Орлов отыскал адрес Короткевича и прислал ему рукопись.
«Он быстро ответил — бисерным, очень разборчивым почерком. Там было много комплиментов. Писал: вот лилии закрывают свои цветки на ночь, а ваши герои смотрят на созвездия желтых кувшинок… Проверьте, говорил, наверное и они закрываются. А я уже знал из личного опыта, что нет».
Эта поддержка стала для Орлова решающей — и символично, что позже он посвятил памяти Короткевича часть своих текстов.
Писатель вспоминал, как после выхода первой книги уволился из газеты, как через два года ему и жене пытались «шить» уголовное дело, обвиняя в подпольных абортах, а в доносе соседей фигурировала строка: «Ведут нелюдимый образ жизни, разговаривают на белорусском языке». В 1997 году его уволили из издательства «Мастацкая літаратура» «за выпуск гістарычнай і іншай сумніўнай літаратуры».
Свое нынешнее экзистенциальное состояние писатель называет просто: «У дарозе».
Орлов признался, что идеи для написания книг могут прийти отовсюду — из нетипичного сна, из телефонного звонка, когда на том конце «ўсхвалявана маўчаць», или даже из мгновенно услышанного аромата женских духов. Особенно дорогой для себя назвал книгу «Каханак яе вялікасці», первые рассказы которой писал после смерти Короткевича.
Он также сообщил, что готовит вторую часть «Імёнаў Свабоды» — книги, где уже собрано более 400 судеб.
«И, конечно, среди новых героев будут очень дорогие наши современники — и Алесь Пушкин, и Витольд Ашурок, Роман Цимберов…»
В конце встречи писатель прочитал свое эссе «Незалежнасць — гэта», написанное в 1990 году — текст, который и сегодня звучит актуально.
«Незалежнасць — гэта калі ад нараджэння да скону пачуваешся сваім чалавекам на сваёй зямлі. Я веру, што калі-небудзь так будзе. Бо іначай проста не варта жыць».
Сейчас читают
«Надругательство над произведением Владимира Семеновича». Зрители в шоке от премьер по Короткевичу в РТБД и Гомельском молодежном театре, не все досиживают44
Комментарии