Печальная весть пришла из Вологодчины — на 91-м году жизни скончался Язэп Владимирович Бунто (Бунта). Известный глубокский краевед, юрист, историк.
Автор сотен статей в энциклопедических сборниках: БелСЭ, «Свод памятников истории и культуры Беларуси. Витебская область», книг «Память» Глубокского, Миорского и Браславского районов участник многочисленных историко-краеведческих конференций в Глубоком, Браславе, Миорах, один из первых создателей Глубокского краеведческого музея, автор многочисленных статей на историко-краеведческую тематику в разных газетах Витебской области, узник ГУЛАГа.
С 30.10.1951 по 10.08.1955 — был в заключении. По его словам — по ложному доносу, якобы за анекдоты про Сталина. Реабилитирован 8.08.1962 года.
Язэп Бунто каждый раз ездил в Москву, Ленинград, Вильнюс, Минск, работал в архивах. Хорошо владел польским языком, переводил многие документы на белорусский язык. Его основной принцип — есть документ, есть история. Так появились истории деревень и городков в энциклопедиях, которые сейчас «перекочевали» в Википедии.
Он написал уникальные материалы о восстаниях 1831 и 1863 годах на Глубоччине. Поэтому сегодня мы знаем имена повстанцев, их судьбу. В обоих случаях на допросы повстанцев в Глубоком приезжал сам генерал Муравьев. А в 1863-м в деревнях неподалеку от Глубокого раздавали «Мужыцкую праўду» Калиновского. Благодаря Язэпу Бунто мы знаем историю нашего края.
До пенсии работал юристом. Был известен тем, что не проиграл ни одного суда.
Как краевед старшего возраста был популярен у краеведов младшего поколения, особенно у коллекционеров и искателей сокровищ, которые у него консультировались и показывали ему свои находки.
«Вы же, парни, ходите, ищете… Увидели необычный холм, с рвами, террасами — капните на обочине. Нашли керамику? Городище! Можно и археологов приглашать».
Так нашли городище, почти в пределах Глубокого. А уж сколько всего на Глубоччине! Сами парни потом работали волонтерами на раскопках…
Язэпа Бунто я часто встречал по дороге к магазину, рядом с его домом. Он обычно вытаскивал из почтового ящика целую кипу газет. «Народная Воля» и «Советская Белоруссия»…
— Хочу знать две точки зрения.
Месяц назад я еще видел Язэпа Владимировича… Жаловался — трудно ходить.
Полтора года назад умерла жена. Оставался с младшей дочерью, которой самой нужен был уход. Хотел подойти, помочь — упал. Перелом шейки бедра. Для людей пожилого возраста — приговор. Старшая дочь с большими трудностями перевезла её к себе на Вологодчину.
Умер… Такая судьба — написать историю Глубоччины, Браславщины, Миорщины, сотни статей для энциклопедий, а умереть и быть похороненным на чужбине.
Свои архивы он не успел передать в Глубокский архив, так как не собирался еще умирать…
Комментарии