Давыдько: Я бы хотел, чтобы говорили о преступнике, осуждённом на смерть, как о нелюди

Статистика преступлений говорит о том, что наличие в стране смертной казни на уменьшение количества тяжких преступлений не влияет, поэтому Беларуси необходимо двигаться в сторону отмены смертной казни. Об этом Tut.by рассказал председатель комиссии Палаты представителей по правам человека, национальным отношениям и средствам массовой информации Геннадий Давыдько.

Павялічыць

Сегодня на заседании Совета Палаты представителей было принято решение о создании в Национальном собрании рабочей группы по изучению вопроса об отмене смертной казни, которую возглавит Геннадий Давыдько.

Рабочая группа по вопросу смертной казни в Национальном собрании работала с 2010 года, но называлась она иначе — «по изучению проблематики смертной казни как инструмента наказания». Создали ее после того, как в июне 2009 года от Парламентской ассамблеи Совета Европы последовал ультиматум, что Республике Беларусь будет возвращен статус спецприглашенного лишь при условии отмены смертной казни или в случае введения моратория на смертную казнь.

Как пояснил Давыдько, формулировку названия рабочей группы решили изменить из-за «государственной установки по гуманизации законодательства».

— Да, изменено название рабочей группы, потому что есть общая государственная установка по гуманизации законодательства даже к преступившим порог общедозволенного и не достойным звания человека людям. Это отражено в названии группы — «по вопросу отмены смертной казни», потому что к этому надо стремиться, это нехорошо, когда один человек убивает другого, это неправильно, — считает Геннадий Давыдько. — Но общественное мнение, судя даже по последним приговорам, когда были осуждены убийцы, на стороне государства.

— Откуда вы знаете? Кто проводил такой опрос?

— Я знаю это, потому что опросил людей. И из того, как это подается в СМИ. Предположим, сестра, которая знала о преступлении, делает какие-то речи, пытается очеловечить, создать общественное мнение, что это негоже [применять смертную казнь]. Я вижу в этом ангажированность и тенденциозность. Но тем не менее мы должны двигаться в этом русле. Я понимаю, что отмена смертной казни в имидже страны будет что-то значить для неких западных структур. Хотя мне глубоко неприятно, что они не предъявляют такие претензии к другим вполне цивилизованным странам как США, Япония. Но, с другой стороны, изучение статистики не успокаивает: наличие или отсутствие смертной казни на криминогенную обстановку не влияет. Из этого наша рабочая группа будет делать выводы.

По мнению Давыдько сегодня те, кто «сидят на диване с гамбургером», говорят о человеке, осужденном на смертную казнь, «как о жертве государства». Депутат с таким мнением не согласен.

— Я бы хотел, чтобы говорили о преступнике, как о нелюди, который совершил что-то бесчеловечное. Но когда мы говорим о смертной казни, мы, в первую очередь, говорим о возможности судебной ошибки. Поэтому смертный приговор должен быть отсрочен на несколько лет, нельзя спешить. Либо надо смертную казнь отменить и создать такие условия, при которых смертная казнь преступнику покажется избавлением. Но тут вступают в силу права человека — мы не имеем права издеваться над живым человеком. Для всех показатель Брейвик и его трехкомнатный тюремный номер и возможность получать в тюрьме образование. Но мы, наверное, до этого еще не доросли, или, наоборот, мы гораздо более цивилизованное государство, — считает Давыдько.

• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0