«Русские целились в мост, а попали в санаторий». Что простые люди из Запорожья рассказывают о жизни в 50 км от линии фронта
60 процентов территории Запорожской области находятся под контролем российских войск, линия фронта разрезала область надвое. Чтобы узнать, как это сказывается на жизни украинцев, «Наша Ніва» позвонила в главный город региона и расспросила тамошних людей о реальном положении дел.
Запорожье — крупный индустриальный центр юга Украины. В этом городе на Днепре до войны жило более 700 тысяч человек. Сейчас сюда направляются потоки беженцев из Мариуполя. На выходные Владимир Зеленский наведывался в Запорожье, чтобы встретиться с ними и побывать на передовой.
О том, что в стране царит война, жители областного центра не забывают ни на минуту. Хотя бы потому, что оккупационные войска находятся в полусотне километров от города. И, соответственно, ведут оттуда обстрелы.
«Запорожью везет, что российское оружие из Васильевки — самого близкого из пунктов, который занят россиянами — не добивает до Запорожья. Оттуда постоянно летят ракеты в сторону Григорьевки, Каменского и остальных деревень, находящихся вдоль трассы на Мелитопольском направлении. Но областной центр сейчас в более-менее безопасности», — рассказывает Ирина Юрьевна, которая всю жизнь провела в Запорожье.
Уточняем: ощущается ли близость оккупации? «Скорее, из-за беспокойства за близких, кто находится на территориях под российским контролем. Обстрелы, ракеты — это уже не шокирует, так как люди живут в условиях войны более 100 дней», — констатирует женщина.
Тем не менее сказать, что Запорожье не пострадало от враждебной агрессии, значит, соврать.
Торгово-развлекательный центр «Аврора» после авиаудара. Фото: zv.zp.ua
«Разрушений хватало — один «прилет» в торгово-развлекательный центр «Аврора» чего стоит. К тому же пострадали частные здания. Был день, когда «орки» старались попасть в один из мостов, но попали в санаторий на острове Хортица. Поэтому инфраструктуру здесь покромсало. Но, конечно, не так катастрофично по сравнению с Мариуполем или Харьковом», — объясняет Ирина Юрьевна.
По чему проще всего отследить изменения в будничной жизни Запорожья, так это по транспорту.
«Накануне войны город вел довольно крупную модернизацию: завезли большое количество новой техники — тех же белорусских автобусов, например. Многое улучшилось в плане логистики. Сейчас же крупных единиц транспорта на улицах нет вообще: остались только маршрутки и небольшие бусики. К тому же ходят они ощутимо реже, чем еще несколько месяцев назад», — делится впечатлениями Евгений Александрович, который большую часть жизни не просто прожил в городе, но и отработал на одном из его ключевых предприятий.
«Вообще привычное существование города изменилось, но это все произошло еще в феврале, в начале вторжения. Сейчас трансформация идет, скорее, в обратном направлении: снимается большинство блокпостов внутри Запорожья, делаются зазоры в бетонных конструкциях, уменьшилось количество пунктов по проверке документов. Даже ограничений уменьшилось, хотя комендантский час длится с 22.00, а не с 23.00, как в Киеве. Да и лимиты на бензин, разумеется, никуда не исчезли».
Цены в Запорожье выросли. Однако, как отмечают местные, по сравнению с первыми днями войны, когда с доступностью продуктов были проблемы, сейчас ситуация нормализовалась.
«Конечно, можно придраться, мол, в городе нет свежей рыбы. Но это логично объясняется тем, что все водохранилища в Запорожье находятся на оккупированной территории. Проблемы с солью следуют из-за разрушения Артемовского комбината. Ну а мелитопольской черешни мы не дождемся из-за уничтожения тамошних земель. Выходит, все недостатки легко пояснить, если немного включить голову. Поэтому никто здесь проблем из какого-то дефицита не делает», — уверяет Ирина Юрьевна.
Ключевые заводы Запорожья работают, говорит Евгений Александрович.
«Не все, но большинство: «Запорожсталь», «Моторсич», огнеупорный завод, коксохим. Правда, загрузка ограничена 50-55 процентами. Ведь есть чисто экономические ограничения, а также проблемы с вывозом сырья. Например, «Запорожсталь» входила в один холдинг и сотрудничала с »Азовсталью». Что произошло с последней, знает уже весь мир…»
«Зарплаты? Деньги людям приходят, но не все — зависит от загрузки предприятия. Где-то режутся премии, где-то уменьшали оклады. Но такого, чтобы сидели без зарплат, нет.
На малых предприятиях ситуация, конечно, более проблемная. Но бизнес стремится выкарабкаться. Вон взгляните на центральный проспект: там восстановили 60-65 процентов залогов. Где-то половина кафе и ресторанов города также возобновили работу. Сложно всем, но что делать…» — вздыхает собеседник.
Интересуемся о пропаганде, так как россияне рапортуют о контроле информационного пространства в регионе.
«Украинские связь, телевидение и интернет в Запорожье работают нормально, поэтому потоки российской пропаганды город обходят стороной, — говорит Ирина Юрьевна. — Проблемы возникают уже непосредственно в глубине оккупированных территорий — например, в Мелитопольском районе. Хотя еще неделю назад никаких сложностей в коммуникации не наблюдалось. Но после украинскую связь в тех краях — вместе с Херсоном и регионами рядом — отключили».
Близость оккупантов к родным местам, кажется, должна провоцировать панику среди жителей Запорожья. Однако люди на удивление оптимистично смотрят на ситуацию.
«Украина победит и деоккупирует Запорожье, а после и всю страну. Это не только мое частное мнение — спросите кого угодно. Даже у тех, кто в начале войны имел пророссийский настрой. После событий, произошедших в стране за последние сто дней, сторонников «русского мира» в регионе нет вообще: отдельно радикально «русифицированные» граждане еще зимой уехали в ту часть области которая под россиянами», — категорически произносит Евгений Александрович.
«Интересно, что Запорожье нельзя назвать украиноязычным городом. На 80 процентов здесь всегда разговаривали русским. Даже в бытовом использовании он имел приоритет, несмотря на то, что школы и университеты уже давно перешли на украинский, — добавляет Ирина Юрьевна. — Однако сегодня наше родное слово здесь стало слышно гораздо чаще.. И не только потому, что еще до войны обслуживание в магазинах стало обязательным именно украинским. Война ускорила процесс украинизации».
Подтверждение слов — очередная волна переименования улиц, которая планируется в ближайшем будущем. В 2014-м впервые город изменился таким образом, когда убирали советские названия — проспект Ленина, например, стал Соборным проспектом. Сейчас же продвигается инициатива менять названия улиц, связанных с деятельностью русских людей — площадь Пушкина, бульвар Маяковского и так далее.
Интересно, как отнеслись жители Запорожья к визиту Владимира Зеленского на выходных. «Да простые люди даже не знали, что он едет! Все же держалась в секрете с целью безопасности. Поэтому никто не ожидал здесь его увидеть», — признается Ирина Юрьевна. И добавляет, что президент в первую очередь приезжал поинтересоваться делами переселенцев из Донбасса. Однако и о делах города не забыл.
«Его визит должен был активизировать местную власть. Да, она занимается проблемами переселенцев и инфраструктуры. Но могла бы действовать куда активнее и делать больше», — уверен Евгений Александрович. — Но знаете, к Зеленскому вообще ноль вопросов. Он молодец, прекрасно держится. И люди поэтому за него стоят».
Комментарии