Литература1313

Вышла искренняя книга об эмиграции глазами 25‑летней сотрудницы ЕПАМа

Дарья Ракова выехала в Польшу в 2018‑м 18-летней, чтобы учиться. В эмиграции она пережила ковидную изоляцию, невозможность приехать в Беларусь после 2021 года, начало войны в Украине и изменения в отношении к белорусам. Теперь она преподает польский язык как иностранный и работает в EPAM. Ее книга «Я/Мы Эміграцыя» может стать предупреждением или, по крайней мере, констатацией того, какое будущее ожидает молодых людей, которые выбрали эмиграцию, пишет Зося Луговая.

«Я/Мы Эміграцыя» — это взгляд на эмиграцию очень молодой девушки. Это простой по своей форме текст, но полный эмпатии, (само)иронии и интересных эмигрантских наблюдений. Дарья переехала в Польшу в 18 лет: училась в университете, подрабатывала, учила язык.

Дарья преподает польский язык как иностранный. У неё много учеников и довольно большая выборка, как она сама утверждает. И то, с чего она начинает, — это язык.

«У новай краіне жыхарства доўга маўчыш. Спачатку табе бракуе слоў. І часта чуеш ад самых розных людзей, куда табе трэба ехаць, які ты «не такі» ды які ты недарэчны, калі ўсё ж вырашаеш адкрыць рот. Дыскрымінацыя становіцца настолькі звыклай часткай жыцця, што да таго моманту, калі мовы ўжо хапае, каб адказаць усім, працягваеш маўчаць, паверыўшы ў сваю непаўнавартасць. Плаціш падаткі, робіш карысную працу, як мясцовыя, маеш добры досвед і некалькі моваў ў галаве, але ўсё роўна ты «лішні» і жывеш з гэтым, сарамліва зачыніўшы рот». 

Многое начинается и заканчивается языком, язык даёт свободу. И это как раз та тема, которая будет близка эмигрантам любого возраста. Дарья приехала в Польшу с уровнем B2, но этого было катастрофически мало для полноценной коммуникации. До комфортного существования в новом языковом пространстве пройдёт не год и не два, даже при условии его интенсивного изучения.

«За некалькі секунд трэба было зразумець, што мне кажа чалавек, што ён мае на ўвазе і чаго ад мяне чакае. Усё заканчвалася на першым этапе: я разумела толькі словы… Калі я ўжо магла падтрымліваць размову па-польску, апынулася, што мяне хапае на пятнаццаць хвілін». 

Вторая важная тема, которая звучит через всю книгу, — друзья. То, как теряются старые друзья, как непросто заводить новых, с которыми у тебя нет общих культурных кодов, понятных шуток, известных с детства книг или телепередач.

«Сябры, з якімі дамаўляліся заўсёды быць на сувязі, растварыліся ў часе. Або, лепей сказаць, растварыліся ў траўме».

Дарья рассуждает о том, как отличаются форматы дружеского общения в Беларуси и в Польше. И о том, что свои люди, люди-мосты, находятся в любой культуре, но на это нужно время. Потому что травму эмиграции, напоминает автор, психологи сравнивают с потерей близкого человека. 

Эмигрировав в соседние страны, белорусы узнали, что соседи очень мало знают о них, если вообще что-то знают. Конечно, этот вопрос можно задать и самим себе: а что мы знаем о своих соседях? Но Дарья в первую очередь говорит о невидимости белорусов для поляков и регулярных диалогах вроде такого:

У вас такі прыемны акцэнт, вы з Украіны?

— Не.

— З Расеі.

— Не.

— З Літвы?

— Зноўку не адгадалі.

— Ну тады застаецца толькі Казахстан.

— Я з Беларусі.

Ещё одна важная тема, о которой рассуждает автор — это дом. Каждый из эмигрантов рано или поздно ловит себя на мысли: где мой дом? Я уже дома или ещё нет? Когда можно начинать покупать мебель, красивую посуду и создавать уют, пусть и на съёмной квартире?

«А калі ў мяне ніколі не будзе грамадзянства? Ці сваёй кватэры? Памру, так і не выпіўшы віна са сваіх прыгожых келіхаў? У мяне няма грошай на сваё жытло і слабыя шансы атрымаць пашпарт, але пяцьдзесят злотых на келіх у мяне ёсць. І ёсць вялікае жаданне больш не жыць адкладзеным жыццём».

Затрагивает автор и тему семьи, отношений, детей. Сначала кажется: вряд ли молодая девушка сможет сказать что-то новое тем, кто значительно старше, не один год в браке и имеет детей. Но Дарья высказывается по делу: не только партнёр раскрывается для тебя в новом свете в эмиграции, но и ты сам/сама для себя раскрываешься с новых сторон. Интересная мысль, которой я сразу нашла с полдюжины подтверждений среди друзей и знакомых — это разные темпы адаптации и их последствия:

«Адзін імкнецца асвоіцца, а другі замірае на некалькі гадоў. Вы здзівіцеся, але гэта моцна залежыць ад вывучэння мовы… Хто вучыць мову, той вырашае вялікія легалізацыйныя пытанні і маленькія бытавыя турботы. Праз памылкі і сорам пачынае паўнавартасна функцыянаваць. Калі другі парнёр не спрабуе вучыцца, то ён заканамерна пачынае быць залежным».

И уже совсем неожиданно, но очень радостно было читать о детях и подростках, о необходимости с самыми маленькими в первую очередь заботиться о родном языке, потому что местный они усвоят на детской площадке, в садике или кружках.

«— Дар’я, майму сыну чатыры гады, вы маглі б пазаймацца з ім? Мы пераязджаем праз два месяцы…

— Не пазаймаюся. Як прыедзеце — адпраўце яго ў пясочніцу з мясцовымі дзецьмі. Месяцы праз тры ён будзе вучыць вас. Лепш потым паклапаціцеся аб занятках вашай роднай мовай для яго гадоў з шасці».

В отличие от малышей, самая уязвимая группа в эмиграции — это подростки. Они уже не дети, которым хватает простого уровня языка и которые очень быстро его усваивают. Но они ещё и не взрослые, у которых есть жизненный опыт и инструменты самоконтроля.  

«Быць бацькамі падлетка складана. Быць бацькамі падлетка на эміграцыі яшчэ складаней. А ці ведаеце, што самае складанае? Быць менавіта самім падлеткам».

«Я/Мы Эміграцыя» — это книга, где всего понемногу, но всё кстати. Местами автор говорит языком популярной психологии, но говорит она хорошие вещи: не принимать критики от того, к кому не пойдёшь за советом; что адаптация в эмиграции — не линейный процесс, и первые пять лет нас качает на качелях прогресса и регресса; решение вернуться — нормальное по сути, но может быть непростым в исполнении, потому что «в нашей культуре вообще не принято во что-то влезть, чтобы потом оттуда вылезти».

Иногда меня задевало, что автор говорит «ассимиляция» там, где на мой взгляд должно быть «интеграция», потому что лично я для своих детей ищу второго и хотела бы как можно дольше удержаться от первого. Возможно, это возрастные особенности: Дарья эмигрировала в 18, я — в 38. Но, наверное, говоря «Я проста беларуская эмігрантка ў Польшчы ў першым пакаленні, а Польшча — мой дом», авторка права.

Книга вышла в новом белорусском издательстве RozUM Media, которое было основано в 2025‑м в Польше. Издательство делает ставку на новые голоса и искренность, открыто для молодых авторов и авторок. На сайте издательства уже есть несколько книг, которые можно купить — на белорусском и на русском языках, в электронном и бумажном виде.

Дар’я Ракава. Я/Мы Эміграцыя. — Польшча: RozUM Media, 2025

Комментарии13

  • Нумэр Уно
    08.12.2025
    Какая-то мода на книги пошла. Любой нонейм с раздутым самомнением теперь пишет книги.
  • 1
    08.12.2025
    Есьць пытаньне. Адкуль бяруцца пуцинферштэеры(мабыць ужо и лукаферштэеры есьць, хз)? Выходзяць пэуна з срадовишча людзей, якия марыли и апрынулися у эмиграцыи, як гэта дзяучына. И ужо зразумелла, што некаторыя мары ня здолели и ня здоляюць здзяйсьницца, а на радзиму пакуль вяртаца стремна.
    Не не не, мусим адрозьниць яе ад вымушанай эмигрантки ад дваццатага.
  • Test user
    08.12.2025
    Товарищи графоманы, поберегите природу, выпускайте свои опусы в только в электронном виде - и самолюбие потешите, и бумагу сбережете.

Сейчас читают

«Для белорусских властей я, скорее, возможность, а не угроза». Колесникова дала большое интервью Золотовой85

«Для белорусских властей я, скорее, возможность, а не угроза». Колесникова дала большое интервью Золотовой

Все новости →
Все новости

Вредно ли откладывать будильник?

В Греции предлагают перенаправить реки для обеспечения Афин водой

Трамп заявил, что в Афганистане союзники по НАТО отсиживались в тылу. Ветераны в Европе ужасно возмущены16

Повышают тарифы на жилищно-коммунальные услуги

Появилось ВИДЕО, как французские военные берут на абордаж танкер российского теневого флота1

Опрос: более половины европейцев считают Трампа «врагом Европы»21

Вот как работает телеграм-бот, с помощью которого взломали журналиста Казакевича1

Под Гродно охотников мобилизовали на отстрел волка8

«Вот смотрю на термометр — дома +13». Белоруска из Киева рассказала, как ее семья переживает эту тяжелую зиму4

больш чытаных навін
больш лайканых навін

«Для белорусских властей я, скорее, возможность, а не угроза». Колесникова дала большое интервью Золотовой85

«Для белорусских властей я, скорее, возможность, а не угроза». Колесникова дала большое интервью Золотовой

Главное
Все новости →

Заўвага:

 

 

 

 

Закрыць Паведаміць