Сергей Чалый возвращается на «Белсат» с новой программой

Чем его новая программа удивит зрителей, что происходит в белорусской политике и каким будет финал «сериала», который мы сегодня проживаем, он рассказал телеканалу.

— С 2011 года вы ведете программу «Экономика на пальцах», с 2022 года — «Новости с Чалым» и «Чалый: экономика», которая в 2019—2022 годах выходила на телеканале «Белсат». Как вы относитесь к новому возвращению на наш канал?

— Нормально (смеется). На самом деле это преобразование программы, которая была. Программа «Новости с Чалым» заканчивается в марте. По сути дела, это преобразование новостной программы, которая будет анализировать все политические события, только в живом эфире.

— Какой хронометраж программы?

— Примерно 40—45 минут. То есть, она будет выходить каждую среду после выпусков «Объектива» и «Студии» — в 21:30, и основное внимание будет уделяться анализу политических событий в стране.

— Какой вы видите свою аудиторию?

— Основная аудитория — это те, кто хотел бы понять, что же происходит. То есть мы будем не рассказывать что, а объяснять, почему это все случается, что это означает. Будем искать простые ответы на сложные вопросы.

Что определяет качество аналитика? То, что вам не приходится регулярно с поступлением новой информации вертеться как флюгер. И, по крайней мере, я так считаю, что мое главное конкурентное преимущество — это умение находить именно какие-то важные моменты, которые говорят о том, что, а вот сейчас тенденция поменялась. Они бывают нечасто. Зато потом эти тренды работают достаточно долго.

— А «Экономика с Чалым» остается?

— Да, «Экономика» — это программа с 15‑летним стажем. Возникла идея сконцентрироваться на вещах, которые в нее не входят. То есть это, по большому счету, продолжение. В последнее время, мне кажется, я даже больше работаю сейчас не на нас, а на них — объясняю чиновникам, в какую дурацкую ситуацию они попали после всех этих событий. Даже не 2020 года, а после лишних выборов 25‑го — с этим же Лукашенко им придется жить еще какое-то время. В общем объясняю им, к чему это все приводит.

Беларусь как «сериал»

— Думаете, они этого не понимают?

— Нет, они, конечно, это все понимают до определенного момента. Но каждому человеку же хочется думать о том, что он не злодей, он не негодяй.

Каждый объясняет свое нахождение там тем или иным способом для себя. Фактически получается, что гораздо проще какие-то вещи услышать со стороны, чем самому эти вещи проговаривать. Даже если ты о них и догадываешься. Моя идея для новой программы заключается в том, чтобы показывать развитие ситуации в динамике.

То есть в Беларуси работает уже эффект сериала. Многие люди помнят какие-то выводы, которые делались раньше. Они, главным образом, редко меняются, потому что в большинстве своем они верны. Иногда корректируются, иногда развиваются. Но основное — это демонстрация трендов, в которых страна и оказалась после всех этих выборов.

— Вы сами в 1994 году работали в предвыборном штабе Лукашенко. Каким человеком вы тогда его запомнили?

— Сейчас он уже совсем другой. Во-первых, все его личные качества, хорошие или те, которые помогали ему когда-то, они уже давно пропали. Во-вторых, он очень обленился, это совершенно четко видно. Обратите внимание, что весь его сейчас «modus operandi» [образ действия] выражается так: сделайте мне, дайте мне экономику, дайте мне это, сделайте за меня вот это. А у меня есть работа, которая предполагает, что я буду просто разговаривать о мире во всем мире.

У него все идеи давно закончились, и он на самом деле является уже тормозом даже той системы, которую выстроил.

Какое логическое следствие того, что вы говорите «сделайте за меня все»? Встает вопрос: а зачем ты нужен тогда? Соответственно, ему нужно демонстрировать, что он нужен. А как демонстрировать? Значит, надо вмешиваться в те решения, которые ему принесли.

Лукашенко делает так: давайте я поправлю, давайте я там что-нибудь придумаю. Как измельчали его «vanity projects» [проекты тщеславия]: когда-то это было АЭС, а сейчас это совершенная мелочь — телята.

Вспомните, с чего начинал Лукашенко в Беларуси? С контрабанды алкоголя, потом, значит, сахар из кубинского тростника и так далее. У нас любят посмеяться, типа показывать про Хрущева, про кукурузу, и теперь вот эти ассоциации с Лукашенко. Это узнаваемый тренд для старшего поколения.

Прокололся на свете

— А эта история с запретом включать свет в городах вечером… белорусы начали смеяться…

— Со светом вообще получилась великолепная история, в связи с тем, что здесь мы наблюдаем сразу две вещи очень важные.

Первая это то, что раньше в госаппарате функционировала защита от дурака. То есть, когда у него появлялась какая-то тупая идея, они все-таки умудрялись ее либо спустить на тормозах, либо переделать каким-то таким образом, чтобы она все-таки наносила пользу, а не вред. Здесь же произошло то, что его указание невозможно было исполнить каким-то другим способом, ведь он же назвал часы, в которые надо включать и выключать свет. Поэтому не было какого-то серьезного люфта, где можно было бы что-то исправить. А во-вторых, еще раз, это демонстративное исполнение тупого, совершенно, приказа. Это был на самом деле демонстративный ему показ того, что ты этого хотел, вот ты получил результат: смотри, что будет, если ты вот так будешь своими тупыми идеями сюда лезть.

Что самое важное было?

Впервые расстояние по времени между идиотским решением и очевидным — когда всем стало ясно, что это по-дурацки. Никогда не было так быстро.

— Что вообще происходит с Лукашенко?

— В последнее время он становится довольно предсказуемым человеком. К сожалению. Мы наблюдаем последнее отделение довольно эпической драмы. Человек-то думал, что он будет исторической личностью. Он думал, что войдет в учебники как какой-нибудь Пилсудский. На самом деле он будет универсально проклят и выхода у него уже нет, нет способа как-то свою репутацию подправить.

Финал близко?

— Куда, как считаете, идет Беларусь в этом «сериале», который мы смотрим? Будет ли хэппи-энд, веселый финал?

— Ну, насчет веселого не знаю. Я не вижу хорошего выхода в плане разворота. Я не верю вообще ни в какую возможность.

Лукашенко не может сказать, что с этого момента мы начинаем жить по-другому: все отменяем, все репрессии отменяем, всех прощаем, всех выпускаем и так далее. Это просто невозможно, потому что то, где сейчас оказалась страна и он, является результатом всех предыдущих решений.

То есть, грубо говоря, это эффект Кали [богиня в индуизме, которая олицетворяет разрушение и трансформацию. — Ред.] — он эту яму себе роет дальше.

И выбраться, я думаю, оттуда уже невозможно. Вопрос только в том, как глубоко эта яма будет выкопана и в каких ужасах, то есть в каких руинах потом страна после него останется.

— Какой сценарий, по вашему мнению, ждет Беларусь?

— Есть большой риск, что мы получим венесуэльский вариант — но не в плане похищения Мадуро, а то, что система там после этого не поменялась совсем никак. Да, пришлось там Дельси Родригес [исполняющая обязанности президента Венесуэлы. — Ред.] выпустить несколько политзаключенных. В остальном там примерно то же самое, только теперь с США не ругаемся, а дружим.

Вот в этом я вижу сейчас самую большую угрозу, потому что все-таки Лукашенко — это уходящий продукт, дряхлеющий старик. Но я просто боюсь, что его могут сменить люди, которые просто не будут обладать легитимностью, и это означает оставаться у власти будут только с помощью чистого насилия. Можем получить еще худший вариант. Поэтому речь не о персоналиях — о том, чтобы Лукашенко убрать, заменить или он куда-то сбежит — речь о том, чтобы как в том анекдоте, что «всю систему менять надо». Вопрос в демократизации ее, но другое дело, что это пока невозможно, как я в начале сказал, до тех пор, пока они эту чашу до дна не испъют.

Они же репрессии для чего начали? Для того, чтобы успокоиться — врагов уничтожить. Сейчас проблема заключается в том, что ты вроде бы всех уже посадил, всех выгнал, всех нашел, всех избил, а счастье не наступает, страх никуда не пропал.

Вывод какой из этого делается — надо искать врагов скрытых. Тайная полиция должна работать. То есть у этой системы нет реакции отвернуть. Она будет капать глубже. Пока она этот путь весь не пройдет до конца, она должна начать жрать своих — пока они не придут к этому логическому завершению своего пути, я думаю, что ничего не будет.

«Вернуться, чтобы убирать завалы»

— Личный вопрос: как вам в эмиграции живется?

— Как-то свыкся уже, что все, что было заработано — ушло в доход казино. Как говорят: что тебе дала Родина? У меня Родина все забрала. Тут уже идет совершенно другая новая жизнь. Я уезжал с одним рюкзаком, и соответственно все, что сейчас есть — это нажитое, приобретенное. У меня уже много знакомых людей, которые рассуждают: было бы хорошо получить польское гражданство. Благо не так уж и долго осталось.

Я понимаю людей, у меня и самого закончился белорусский паспорт. Но я по-прежнему думаю вернуться, чтобы убирать те завалы, которые после него останутся.

Программу «Чалый. Кстати» смотрите на канале «Белсат» каждую среду в 21:30 в прямом эфире, либо на Youtube-канале «Belsat News».

• 6
• 0
• 0
• 0
• 1
• 0
• 0
• 0