Шрайбман: Я не верю в «зеноновскую диктатуру», которая будет последовательно белорусизировать белорусов

В новом выпуске ютуб-проекта «Часики тикают» Женя Сугак заметила, что у людей внутри страны много интереса ко всему белорусскому. Блогеры популяризируют белорусский язык, некоторые на этом строят свой бизнес. И эти процессы свидетельствуют о том, что белорусский язык не исчезнет.

«Сейчас, мне кажется, это такая форма сублимации того, что раньше воплощалось на улице протестами. Не обязательно осознанно. Просто растут сознательные честные люди, которые не могут выйти на улицу, стать активистами, правозащитниками, журналистами. Единственное, что остается, это делать языковые осознанные вещи», — заметил Артем Шрайбман.

По мнению Рыгора Остапени, главным является вопрос идентичности. И он не обязательно связан с белорусским языком:

«Важно, чтобы люди сами для себя говорили: «Я принадлежу к Беларуси.

Есть разные пути. (…) Важно подчеркивать разнообразие Беларуси. (…) Если мы будем загонять себя в ту модель, которая уже отжила свое, мне кажется, это не принесет никакой пользы. Нужно думать о разнообразии — и Макс Корж, и Мулявин, и драники, и холодник, и Mark Formelle, и дожинки, и БНР, и БССР. Я думаю, есть разные варианты, с чем играть, чтобы подчеркивать свою белорусскость».

С таким мнением согласен и Артем Шрайбман. «Я думаю, что это более политически устойчивая модель. Потому что, если вы будете унифицировать только языково-этнический, языково-культурный формат построения белорусскости, это будет политически неустойчиво. Вы будете под риском, что другие политические силы, более пророссийские, на этом сыграют, и ваш проект просто не получится.

И верить, что будет возможность десятилетиями держать такую «зеноновскую диктатуру», которая будет непоколебимой, никак не уязвимой для политических конкурентов, которая будет последовательно белорусизировать белорусов и, может быть, через поколение вырастит правильных белорусскоязычных белорусов — это иллюзия».

Шрайбман считает, что скорее мы сможем прийти к признанию белорусского языка единственным государственным, а не к белорусскоязычной Беларуси.

«Это нормально, что даже русскоязычные белорусы могут поддержать статус единственного государственного для белорусского. Как это произошло в Казахстане, как это происходит во многих постсоветских странах, где изначально не было преобладающего большинства носителей национального языка, но никаких бунтов против этого также не было.

Я думаю, что сначала мы можем прийти к единственному государственному. Но к полностью белорусскоязычной я не знаю, дойдем ли мы когда-нибудь. Но если дойдем, то это будет вопрос далекого будущего после единственного государственного».

• 34
• 14
• 3
• 11
• 0
• 2
• 3
• 1