В 1918 году была начала реформа правописания русского языка, которая за 20 лет начисто упразднила буквы Ъ, Ѣ, Ѳ и Ѵ. Википедия сообщает, что старые правила еще долго бытовали на тех территориях, «которые контролировали белые правительства в России, так же как и в эмигрантских изданиях». И у меня есть один вопрос, возникшей после многочисленных прогулок по Минску, после того как на глаза попадались этикетки, названия и т.д.: мы что, территория, которую контролируют белые правительства России? Или, может, вся наша страна — одно эмигрантское издание?
«Ресторанъ «У Ратуши», бренд «Знатный продуктъ», сгущенное молоко, на котором гордо значится «Рогачевъ»… я могу продолжать, но это бессмысленно: просто подойдите к холодильнику и почитайте, что и на каком языке написано на сметане, пельменях, кефире.
Это не продукты питания, это какое-то эмигрантское издание. Особенно мне нравится ресторан «Трактиръ «Стары Млын» в Ошмянах. Такое придумать: чтобы и «трактир», и при этом «млын», а не «мельница» — способен лишь наш мультилингвистический человек.
В Литве в 2011 году начали запрещать уличные вывески с названиями на всех языках, кроме литовского. Теперь там таблички по-русски и по-польски — вне закона, муниципалитеты занимаются их демонтажом. Владельцы самой крупной литовской сети ресторанов русской кухни «Царское село» оперативно поняли, откуда дует ветер, и окончательно ликвидировали русский язык из меню — теперь с перечнем блюд здесь можно ознакомиться только по-английски и по-литовски. Вывеску, кстати, они менять не обязаны, так как не являются учреждением.
В Беларуси тем временем увлеченно играют в русскую дореформенную орфографию, получая жгучий кайф от атмосферы провинциальности, которая таким образом проникает повсюду.
Зачем они ляпают «Ъ» и «Ѣ» где ни поподя? Доля прагматизма здесь есть, потому что, как поется в бессмертном хите, «Химия, химия, ты, малышка, жди меня» из фильма «Случай с пацаном»:
«У маскалей абычна многа деник
Денежные люди маскали
Он думал — всех лошиц у нас разденет
За свои расийские рубли».
Вот и рестораторы городят все эти милые сердцу монархиста старые буквочки, надеясь, что к ним придет богатый-богатый русский нефтяник и оставит за ужин полбюджета Минской области.
Правда, москвичи, оказавшись в Минске, во все эти «рюские» места с ятями не особенно суются, поскольку несет от них невыносимой вторичностью: они же, русские, едут сюда, в Европу, посмотреть на «дороги как в Швейцарии» и попробовать фламбе из груши на лепестках хамона! А им суют в глаза все тот же «Трактиръ», от которого они и так устали в родном городе Новохопёрске Воронежской области.
Только ведь в люди выбились! Только что в Москве зацепились! Только вот на путешествие «в нашу братскую Швейцарию» денег собрали! А здесь — тот же самый Новохопёрск Воронежской области: «ТРАКТИРЪ», клуб «МОСКВА» и кафе «ЧѢХОВЪ», упаси господи!
Видится в том, как белорусский владелец бизнеса трясется над «Ѣ», и наивно-эмоциональный нюанс. Этакая ностальгийка по безвозвратно ушедшей красивой старине. По мезонинам, институткам, гардемаринам, Куприну, лорнетам, веерам и профилю любимой девушки на аметистовом intaglio.
И вот этот мотив — он самый любопытный, поскольку заключает в себе тягу наших людей к «красивому». И именно с этим мотивом следует разобраться раз и навсегда. Дело в том, родненькие, что если название «ТРАКТИРЪ» вывешивает на своем заведении с пластиковой посудой и слипшимися пельменями дядя Вася из Новохопёрска Воронежской области, он таким образом напоминает посетителям о временах, когда Россия БЫЛА ИМПЕРИЕЙ.
Если же это делает белорусский ресторатор, заведение которого находится в самом центре, он напоминает всем — в том числе мне лично — о временах, когда мой родной край был ПОД ИМПЕРИЕЙ. И в этом, естественно, ничего приятного для меня нет.
Надо испытывать Стокгольмский синдромом, чтобы ходить в такое заведение.
Что в этих «Ъ», если не тоска и грусть по тем временам, когда здесь заправлял генерал-губернатор? Вас эта тоска не пугает, товарищ Мингорисполком?
Но полемикой здесь не поможешь. Поскольку, предвижу, все мои аргументы будут блокированы заявлением, что каждый человек имеет право ностальгировать по чему угодно. И что автору стоит послушать очень красивую песню «Как упоительны в России вечера» — он тогда все поймет и угомнится. И что даже если ему и впредь будет не нравиться бренд «Знатный продуктъ», он может приобрести какой-либо иной бренд.
Проблему можно решать двумя путями.
Первый: можно скинуться всем интернетом и подарить дядям, которые держат бренды с «Ъ», «Ѣ» в названиях, книжку Владимира Орлова о ВКЛ, его расцвете и закате (и роли России в последнем). Это немного проветрит им головы, выдует оттуда пыль и кашу «Суворовскую».
Второй путь эффективнее: можно инициировать законодательный запрет употребления букв «Ъ», «Ѣ» в названиях общественных мест, развлекательных учреждений и заведений общепита в Беларуси.
А то что же это: тарашкевицу запретили — а русским дореформенным правописанием пользуется кто хочет. Не странно ли это?
Время теперь такое, что все хорошие идеи, озвучиваемые энтузиастами в публичном пространстве, мгновенно подхватываются государственными учреждениями и реализуются так, будто их изобрели чиновники. В этом смысле я не тщеславен, мне все равно, от чьего имени будет составлен и внесен такой законопроект.
Уж сильно достало жить в стране на букву «Ѣ», в городе, который так просто перепутать с Новохопёрском…
Комментарии