Вечерко о результатах года: Мы улучшили отношения с Украиной, вернулось внимание к Беларуси

— Какие главные внешнеполитические итоги для Беларуси и демократических сил вы бы отметили в этом году?

— На фоне мирных переговоров по Украине вернулось внимание к Беларуси. Нам удалось провести важные дискуссии, принять резолюции и решения по Беларуси в Совете ЕС, ОБСЕ, ООН, G7. Постепенно приходит понимание, что без демократизации Беларуси мир в регионе не будет прочным.

Мы улучшили отношения с Украиной, вовлекли в белорусскую тему новые страны — состоялся первый визит в Австралию и Новую Зеландию.

Безусловно, одним из важнейших факторов в этом году стало президентство Дональда Трампа, в том числе для Беларуси. К удивлению многих, наша страна стала одним из приоритетов американской политики, был назначен специальный посланник по Беларуси.

Благодаря своему стилю и подходу, Трампу удалось добиться освобождения сотен политзаключенных.

— Как бы вы оценили позиции Светланы Тихановской и официального Минска, устойчивы ли они?

— Отмечу, что режиму не удалось легитимизировать себя посредством фальшивых выборов в начале года. При этом он добился определенных успехов в Китае и в некоторых странах Азии.

Что касается Светланы Тихановской, она сохраняет свои позиции и международный статус: ее продолжают принимать как легитимного представителя Беларуси на самом высоком уровне.

Кстати, по количеству встреч с главами государств и правительств, министрами и международными лидерами, возможно, это был самый насыщенный год за все пять.

Вместе с тем, честно говоря, удерживать фокус на Беларуси стало сложнее, и теперь нужно прилагать вдвое больше усилий, чтобы о нашей стране не забывали.

— Некоторые наоборот считают такие встречи пустой тратой времени и активно критикуют Тихановскую и весь Кабинет. Все больше людей испытывают разочарование в демократическом движении. Как вы к этому относитесь?

— На самом деле все пять лет были и критика, и разочарование. Кто-то выгорает, кто-то приходит новый. Это понятно: когда люди находятся в изгнании, лишенные дома, стабильности, привычной жизни, они часто начинают искать виноватых. И это подсознательно перекладывается на лидеров — Тихановскую, Латушко, Франака, других.

Но главное, что критическая инфраструктура работает, институты сохранены: международное направление держится, правозащитники работают, журналисты делают свое дело.

Каждый делает то, что может. И нам действительно многое удается — несмотря на ограниченные возможности, изгнание и постоянные репрессии.

Есть разные подходы и тактики — и это нормально. Главное, что у всех сходится цель. Критику и споры нужно воспринимать спокойно: было бы странно, если бы их не было в такой сложной ситуации.

Но добавлю еще важную вещь: нам, белорусам, нужно учиться и благодарить друг друга. Ведь каждый человек в этой борьбе важен.

— Вы сказали, что, несмотря на ограниченные возможности, многое удается. Какие решения Кабинета больше всего влияли на белорусов в течение года?

— Отвечу шире — не только о Кабинете, а о демократических силах в целом. Прежде всего, была создана и работает гуманитарная инфраструктура помощи освобожденным: это и правозащитные инициативы, и Международный гуманитарный фонд, и EU Victims Facility, и Платформа документирования преступлений (IAPB).

При этом помощь оказывается и тем, кто остается внутри страны.

Совместно с Европейским союзом были запущены стипендиальные программы, обмены, программы переквалификации для белорусов в изгнании.

Мы способствовали принятию законодательства в пользу белорусов в ряде правительств, в том числе в Украине. Также была создана военная комиссия с участием Координационного совета и Кабинета — и это положительно восприняли белорусские добровольцы.

Наконец, в этом году мы увидели, как благодаря непосредственным контактам, наработанным за пять лет, удавалось спасать людям жизнь и свободу.

Так, мы спасли десятки людей от депортаций, в более чем 10 странах решили проблемы с легализацией и паспортами иностранца, начали сотрудничество с Интерполом, мобилизовали поддержку для журналистов и репрессированных, что оказалось критически важным на фоне сокращения американской помощи.

Интересно, что и Лукашенко внимательно следит за работой демократических сил. Мы знаем, что в Минске обсуждали и концепцию люстрации, и экономическую программу Алисы Рыжиченко. Это показывает нашу релевантность и субъектность.

— Ожидаете ли вы перемен в демократических силах после освобождения наших активистов и лидеров?

— Да, безусловно. Это новая энергия, новые идеи и дополнительное внимание к Беларуси. Освобождение каждого человека, его история, позволяет снова привлечь внимание к ситуации в стране.

Посмотрите, например, как сильно и точно сегодня выступает Алесь Беляцкий. Чем больше людей в движении — тем лучше.

Конечно, тем, кто вышел на свободу, нужно дать время. Люди выходят из тюрем в очень тяжелом состоянии — физическом и психологическом. Первое, что они должны получить, — спокойствие, лечение, поддержку близких, время на восстановление.

Освобождение Алеся Беляцкого, Марии Колесниковой, Виктора Бабарико, Максима Знака — это возвращение голосов, имеющих авторитет и в Беларуси, и в мире.

Эти люди — не «альтернатива» демократическому движению, а его неотъемлемая часть. Они усилят его, когда и как сами посчитают нужным. И для всех их в общем деле всегда есть место.

— В итоге, с чем идем в новый год?

— С освобожденными голосами, которых нам очень не хватало на свободе. Процесс освобождения политзаключенных начался при ведущей роли США, и мы будем поддерживать его и добиваться прекращения репрессий, чтобы все могли безопасно вернуться домой.

Безусловно, события вокруг Украины будут открывать новые возможности и вызовы для Беларуси, и нам нужно быть особенно активными, чтобы нашу страну не отдали России на откуп.

Да, ситуация остается драматически тяжелой. Но это как раз тот момент, когда нельзя складывать руки. Наоборот — нужно поднапрячься и работать еще больше.

Чтобы о Беларуси говорили, чтобы белорусские интересы учитывали. Мы все сейчас являемся участниками исторических процессов, которые определяют судьбу Беларуси и Европы на годы вперед.

У меня нет сверхоптимизма в отношении 2026 года. Будет тяжело. Но нужно стиснуть зубы и делать свое белорусское дело. Идем в новый год с надеждой.

• 9
• 1
• 1
• 3
• 0
• 0
• 0
• 2